Евсеев Андрей

Евсеев Андрей

Евсеев Андрей Николаевич, 1955 года рождения, уроженец Хотьково Загорского района Московской области, русский, не женат, судимостей не имеет. Учебу прекратил в седьмом классе, был трудоустроен, но к работе относился крайне недобросовестно и часто менял места. Евсеев был натурщиком, лаборантом, матросом, комплектовщиком, проводником пассажирских поездов станции «Москва-3».

Евсеев был симпатичным молодым человеком, жизнерадостным, с юмором. Он очень следил за собой. Увидев его на улице, невозможно было предположить, что этот человек способен совершить какое-либо преступление... Андрея Евсеева называли «Убийца с добрыми глазами».

О появлении в 1974 году опасного преступника, нападавшего по вечерам на одиноких женщин в Москве и области, знали лишь профессионалы — сотрудники милиции, КГБ и прокуратуры. В том, что действовал один и тот же человек, сомнений не возникало. Почерк преступника оставался неизменным. Он выслеживал хорошо одетую женщину, шел за ней до подъезда и жестоко убивал, предварительно отобрав все ценное.

Вскоре версия подтвердилась показаниями немногочисленных свидетелей и чудом уцелевших жертв. Преступления обрастали «кровавыми» деталями (их, впрочем, и на самом деле хватало), говорили о появлении маньяка, набрасывавшегося на женщин в красном. Некоторые из убитых по случайному совпадению действительно имели ярко-красную одежду...

После поимки преступника выяснилось, что цветовая гамма на его выбор не влияла. Первой жертвой стала шестнадцатилетняя школьница, отправившаяся навестить бабушку. В сумке несчастной девочки, скончавшейся сразу же на месте от глубоких ранений в сердце и легкие, находились всего лишь ученическая тетрадь, пудреница, автобусные талончики и 35 копеек... Это произошло вечером 25 августа 1974 года. Тело молоденькой девушки было найдено на крыльце дома в частном секторе.

В ходе начавшегося следствия было установлено, что в тот же день из воинской части дезертировал некто Савельев. С собой он прихватил нож. Его видели пьяным, слоняющимся по городу. Он приставал к девушкам. Попытки отыскать беглеца не увенчались успехом. Из показаний Евсеева: «В Загорск я поехал специально для грабежа. И рассчитывал действовать с убийством. Со станции примерно в 19.00 прошелся по вокзальной площади, пересек переезд и углубился в поселок. Выслеживал около полутора часов. Моросил мелкий дождь, холодно было. Когда это произошло, уже наступили сумерки. Вокруг всех домов росла зелень, кусты. Я увидел девушку на перекрестке. Она поворачивала на ту дорогу. Симпатичная такая девушка, миловидная. Хорошо ее внешность запомнил... Шел следом шагов двести до частного дома с правой стороны. Остановил ее рывком за рукав и потянулся за сумкой. Она сразу отступила шага на три. Я сделал ножевой удар в грудь. Девушка сказала: „Ты дурак, что ли?“. Она попятилась, повернулась к дому лицом и побежала через калитку. Я сделал два удара в правую сторону спины и увидел, что через несколько шагов у нее подкосились ноги. Она попыталась крикнуть: „Помогите!“. Но это уже получилось шепотом. Крыльцо, к которому она приблизилась, было сбоку дома. Она попробовала постучать в угол дома, но подняла руку только наполовину. Дальше я уже не видел, убежал. Я был растерян в этот момент, бросился прочь сразу после ударов и не взял сумку...».

На другой день после первого преступления Евсеев придумывает, как отвлечь милицию от убийства девушки в Загорске. На Белорусском вокзале садится в электричку и едет до Одинцово. Около часа бродит на пристанционной площади. Народу немного — близится полночь. Наконец он замечает мужчину с сумкой, который сворачивает на асфальтированную тропинку от станции. С одной стороны стоят сосны, с другой — дома. Вокруг ни души и темнота. В Подмосковье происходит новое убийство. Тело 66-летнего повара ресторана Геннадия К. с ножевыми ранениями находят в 100 метрах от железнодорожной станции Одинцово. Почерк напоминал убийство в Загорске.

Вскоре был задержан дезертир Савельев. На допросе он якобы сознался в убийстве школьницы в Загорске и написал явку с повинной. Однако в ходе строгих проверок и следственных экспериментов Савельев часто путался в показаниях и не мог рассказать детали преступления. В итоге стало окончательно ясно, что Савельев не причастен к убийству школьницы, а оговорил себя в результате сильного психологического прессинга сотрудников милиции.

Из показаний Евсеева: «Он был среднего роста, в черном костюме. Я потребовал отдать все, попытался залезть к нему в карман. В ответ он заорал на меня: „Проходи своей дорогой!“. Тогда я ударил его ножом в левую сторону груди. Он сразу стал кричать: „На, бери, все отдам!“. В этот момент его как- то качнуло. Я ударил еще раз, и он упал. Кровь полилась изо рта и носа. Упал он в канаву. Обыскал его, взял двенадцать рублей и часы „Восток“, забрал сетку с продуктами. В ней были персики, три-четыре килограмма, две курицы... Еще у него партийный билет лежал во внутреннем кармане пиджака. Его я потом уже дома выбросил. Удары ножом наносил в грудь. Лезвие держал специально не перпендикулярно расположению ребер, а параллельно, чтобы оно вошло глубже и достало до сердца».

Евсеев входит во вкус. На убийства он отправляется, как на смену заступает. Уже следующим вечером на Люблинской улице в Москве маньяк набрасывается на студента-вечерника В. Паршина. Четыре удара ножом в голову и спину... К счастью, парень оказывается физически крепким — спортсмен, культурист. Частично ему удается смягчить удары руками, он вырывается и убегает. Добыча преступника — портфель, конспекты, книги, дешевые авторучки и ни рубля денег! К тому же парень мог легко запомнить его приметы. Чтобы обезопасить себя (и откуда только взялась такая хитрость!), Евсеев делает ловкий ход.

Накануне в электричке он знакомится с недавно освободившимся из заключения Деминым. Особо опасный рецидивист, имевший десять судимостей, двадцать лет проведший в тюрьмах и лагерях, не догадывается о приготовленной ему роли. Евсеев зовет Демина в гости, оставляет его ночевать, рассказывает о своих подвигах, приглашает войти в долю. Утром, выполняя задуманное, Евсеев отдает напарнику свою одежду, в которой он совершал последние преступления — рубашку, брюки, пиджак, ботинки.

Из показаний Евсеева: «Подходило к вечеру. Я стал думать, как бы от него избавиться. Во-первых, он мне был уже не нужен, во-вторых, он обо мне все знал: чем занимаюсь, где живу, в-третьих, на нем была моя одежда. Если на убитом Демине ее найдут, будет считаться, что он и есть преступник... Когда мы шли от станции «43-й километр», я немного отстал, вынул нож и нанес ему удар в спину. Он вскрикнул и начал валиться на землю. От тяжести тела клинок ножа сломался, застряв в теле. Я присел около него на корточки и обломком ножа, не обращая внимания на его крики, стал бить в голову и висок. Он кричал: «Караул, убивают!» Затем затих. От станции шло несколько человек. Евсеев выкинул обломок ножа и скрылся в лесу. Затем, возвращаясь к станции, нашел колонку, смыл кровь, быстро сел в электричку и уехал в Хотьково.

Демина, обнаруженного случайными прохожими, доставили в реанимационное отделение Пушкинской ЦБР, где он скончался, не приходя в сознание. На теле обнаружили четырнадцать колото-резаных ран. Голова жертвы была буквально искромсана. Нашли свидетелей, но никто из них примет убийцы, кроме несущественных деталей — черных густых волос и бакенбардов — не запомнил. Демин стал последней жертвой-мужчиной.

После этого Евсеев выбирал только женщин. Как он пояснил на следствии, «у них всегда есть деньги и ювелирные украшения». Это обстоятельство приобрело для маньяка решающее значение.

За три года Евсеев совершил в Москве и области 32 вооруженных преступления. Им зверски убито девять человек, при этом двух умирающих женщин он изнасиловал. Восемнадцать жертв лишь чудом остались живы, некоторые из них получили инвалидность, и все — страшные отметины на лице и голове. Позже, приобретя опыт, Евсеев действовал более изощренно, глумливо. Преступления совершал, тщательно подготовив «инструмент», выбирая время, район и тактику, в зависимости от обстановки. Причем делал все сознательно и обдуманно, чтобы затруднить розыск и запутать след.

24 сентября 1974 года в Москве, недалеко от станции Добрынинская, в подъезде жилого дома неизвестный преступник, угрожая ножом, потребовал ценные вещи и деньги у Анны А. Женщина попыталась позвонить в дверь, после чего нападавший нанёс ей два удара ножом, забрал сумку и убежал. Потерпевшую доставили в больницу. Женщина находилась в критическом состоянии, но перед смертью все же успела сообщить приметы преступника. «22-25 лет, среднего роста, с темно-русыми вьющимися волосами, с приятной внешностью и добрыми глазами, носит бакенбарды».

Из показаний Евсеева: «Между девятью и десятью вечера у метро „Добрынинская“ я подметил женщину. Там был ряд каких-то палаток. Прошли стеклянный магазин, повернули к пятиэтажному дому, она зашла в подъезд. Я рванулся за ней и остановился на первой лестничной площадке. Она как раз собиралась позвонить в квартиру. Я потребовал все вещи. Она сначала как-то опешила, — молчала, а потом говорит: „А глаза-то у тебя добрые, ты брось дурака- то валять!“. Сначала она мне так говорила... Потом вроде хотела потянуться к звонку. Я сказал: „Если позвонишь — зарежу и того, кто выйдет из квартиры“. Сумку она держала за спиной. В правой руке у меня был нож. Тот самый, самодельный кинжал с текстолитовой ручкой из хорошей стали с „усами“... Я нанес ей удар в живот с большой силой. Колени у женщины подогнулись, она оказалась в полусидячем положении и пыталась прикрыться сумкой — выставила руки вперед. После первого удара она не кричала. Я схватил сумку, ударил, по-моему, еще один раз в руку или плечо. Она крикнула: „Держите его!“. Это были ее последние слова. Потом я выскочил на улицу... Забежал на стройку, начал выкидывать ненужные вещи. Там лежал конверт с фамилией женщины. В нем сто восемьдесят рублей десятками. Я на следующий день купил в Хотьково магнитофон „Снежеть“ за 140 рублей».

Глаза, конечно, добрыми у него не были. Свою жертву он воспринимал хладнокровно, и в то же время с каким-то любопытством, заинтересованно. Убийство превращалось в своего рода лотерею, где он вытягивал или «пустышку», или «выигрыш». Отсюда и хладнокровие, удивительное даже для такого кровавого убийцы, как Евсеев. Например, женщину, теряющую от кровопотери сознание, он трясет за плечо: «Куда чехол от зонтика дела?» (в сумке жертвы убийца нашел японский зонт).

Или другой факт. Спустя аж три года после преступления Евсеев вспоминал с сожалением: «У той женщины была еще темная хозяйственная сумка, а на руке — часы и два кольца. Одно золотое, простое, а другое — перстень с красным камнем. Но их я взять не успел, потому что женщина закричала».

В районе Таганской площади за один вечер он совершает подряд два убийства и одно вооруженное нападение. Третью жертву тоже попытался убить — но женщина выжила, оставшись, правда, на всю жизнь инвалидом. Следующее преступление совершается с интервалом в двадцать минут!

Из показаний Евсеева: «Удары ножом я наносил женщинам с целью убийства. Хотел, чтобы об ограблениях слух пошел по Москве, все боялись бы и по первому требованию отдавали ценности грабителям, в том числе и мне. Во- вторых, опасался оставлять свидетелей живыми, чтобы милиция меня не поймала». К счастью, ему не всегда удавалось довести свои намерения до конца.

Жертвами маньяка становились те, кому приходилось возвращаться домой затемно. Несколько раз он нападал на студенток вечерних факультетов, дважды — на сотрудников милиции. Работница птицефабрики, служащая, юрист, домохозяйка, контролер автобусного парка, школьница... Если ему сразу не везло, он тут же вновь шел на преступление.

Сегодня, когда рубль вообще не воспринимается как деньги, нападения убийцы кажутся бессмысленными. Но даже в то время поступки Евсеева потрясали беспощадной жестокостью. Так, у одной из зарезанных женщин (причем второй за день) он вытащил из сумки... один рубль и два яблока. У другой — несколько рублей и старые с переделанным корпусом часы. Или такой «улов» — ломоть колбасы и два куска торта.

Последние преступления отличались невероятной дерзостью. Нападение на женщину в районе стадиона «Динамо» Евсеев совершил летним днем в три часа пополудни. Как обычно, догнал жертву в подъезде, угрожая ножом, отобрал часы, перстень, сумку, кофту (как не преминул добавить в протоколе — стопроцентной шерсти) и напоследок ударил несчастную ножом-резаком в висок. Одна из женщин, чудом выжившая после встречи с маньяком, вспоминала: «Действовал он уверенно, спокойно, без всяких признаков растерянности». Другая успела заметить: «Когда он брал нож, я обратила внимание на его руку. Она была не рабочая, а такая гладкая, без татуировок».

Главной целью убийств и разбоев являлась нажива. Такой вывод подтверждается показаниями самого убийцы: «К своим преступлениям я готовился: ежедневно бегал кроссы на стадионе, занимался с гантелями, осваивал борьбу самбо. Я был уверен, что меня никто не поймает». «Я пристрастился к водке, вину, коньяку. Люблю, чтобы была хорошая закуска: рыба, шоколад, икра. Люблю бывать в ресторанах»

Два последних эпизода кровавой серии стоят особняком. Оба раза Евсеев наносил женщинам смертельные удары резаком, после чего насиловал умирающую жертву.

«На улице моросил дождь, темнело. Я решил ехать в Москву для новых ограблений. Оделся по погоде: плащ почти черный с серым оттенком, свитер стального цвета, брюки в полоску. Перед уходом выпил стакан водки. Ехать в Москву решил со станции „Абрамцево“, чтобы не светиться в Хотьково. Шел окольными путями. Не доходя до ворот психбольницы, увидел одинокую женщину. Я переменил свой план, начал ее преследовать. Перегнал, ушел вперед метров на сорок и чуть не потерял ее из виду. Она свернула раньше. Догнал ее быстрыми шагами и схватил сумку: „Отдавай все, что есть“. Она вместо этого пронзительно закричала, произнося чье-то имя. Я сразу стал наносить ей удары ножом куда попало. Прикрываясь руками, она упала на колени. Я продолжал бить ножом. После прислушался. Было тихо. Я повернул ее на спину, снял золото — кольцо, сережки. Потом решил совершить с ней половой акт. Стянул брюки с трусами, повесил их на забор... Перед уходом запахнул на ней пальто и поставил на грудь туфли как насмешку: ты хорошо защищала вещи — я тебе кое-что возвращаю».

Вышли на него сотрудники уголовного розыска Московской области после зверского убийства и изнасилования жительницы посёлка Софрино. Это случилось 19 декабря 1977 года. На заднем дворе магазина «Хозтовары» под слоем шлака обнаружили убитую женщину. На иждивении убитой медсестры находились двое несовершеннолетних детей и престарелая мать.

Нападение Евсеев совершил в непривычное для себя время — семь утра. Женщина торопилась на пригородную электричку и шла на станцию, срезая путь через двор магазина «Хозтовары». Убийца заметил на ней золотые сережки. Из показаний Евсеева: «Она сразу закричала, вцепилась в меня и оцарапала верхнюю губу. Я ударил ее ножом раз десять-двенадцать. Она упала на спину. Оттащил ее к ящикам. Мимо шли люди, кто-то останавливался, смотрел в мою сторону. Я нарочно грубо сказал: „Что надо? Идите своей дорогой“. А потом, как будто обращаясь к женщине: „Ну, вставай, опять нализалась!“. Снял серьги, перстень, сапоги, содрал белье. Когда вроде бы никто не проходил, совершил с ней половой акт. Потом сходил в кочегарку, взял лопату, прикопал тело». Обыскав местность вокруг, сотрудники милиции нашли вещи: пустой кошелёк, косметичку, тональный крем, пудреницу и сезонный проездной билет на имя Лидии Шур.

Родственники потерпевшей рассказали: «Исчезли вещи: серьги, перстень, часы и массивный строгий ошейник для собак. Женщина специально носила его в сумочке для самообороны. Сыщики начали поиск свидетелей. Выяснилось, что утром многие видели, как неизвестный мужчина возился с какой-то женщиной. Из показаний свидетеля Сухова: «На мой вопрос, что он тут делает, мужчина ответил, что плохо с его женой, поскольку она опять „нализалась“». Свидетель также сообщил, что неизвестный был одет в коричневую вельветовую куртку на меху, похожую на дублёнку.

Во дворе этого магазина также располагался винно-водочный отдел, там каждое утро собирались местные выпивохи, и просто не могло быть, чтобы никто из них не видел убийцу. И действительно, сразу несколько человек сообщили, что молодой мужчина в коричневой вельветовой куртке подходил к ним и даже выпил с ними. Один из них вспомнил фамилию мужичка — Шахнов. Начались поиски Шахнова. Через двое суток удалось выяснилось, что в день убийства его пьяного забрала с улицы милиция, в отделении ему стало очень плохо, скорая помощь доставила его в больницу где он и находился с гипертоническим кризом, откуда успешно сбежал ночью. На месте осталась лишь одежда беглеца. Милиции принесли вельветовую куртку на меху, на ней виднелись бурые пятна. В кармане лежал нож. Его задержали дома через день. На вопрос о куртке он пояснил, что ее ему подарил какой-то парень. Он твердил, что у винно-водочного отдела познакомился с каким-то парнем, выпили вместе, потом незнакомец, поддерживая на ходу Шахнова, оторвал несколько пуговиц на его старой куртке. И тут же великодушно всучил Шахнову свою куртку.

Эксперты установили, что до Шахнова эту куртку долгое время носил другой человек. Приметы снова полностью совпадали. Опрашивая всех возможных свидетелей, милиции повезло — один мужчина вспомнил, что видел этого парня года два тому назад, на станции в Хотьково, но тогда на нём была форма проводника. Стали проверять всех работников железной дороги. Сыщики в отделе кадров, по анкетам отобрали несколько фотографий тех, кто подходил по приметам. Несколько свидетелей уверенно указали на одного из них — 22-летнего Андрея Евсеева.

22 декабря 1977 года сыщики отправились к нему с обыском. Ничего подозрительного в квартире Евсеева обнаружено не было, за исключением строгого ошейника. Собаки в доме не было. Евсеев пояснил, что это его вещь, оставшаяся в память о любимом псе. Несколько дней Евсеева держали в КПЗ, но признаний он не давал. В разговоре с сокамерником Евсеев с ухмылкой обронил вдруг фразу: «Матушка-то небось уже пирожков напекла, с брюликами...»

Сокамерник Евсеева был подосланным осведомителем. Через час информация уже была у сыщиков. Стало ясно, что он спрятал награбленное в муке. Они поспешили домой к Евсееву — мать могла найти эти вещи раньше сыщиков и избавиться от них. Тогда доказать что-либо не представилось бы возможным. В коробке с мукой сыщики нашли часть похищенного — кольца, серьги, часики. Убийца создавал нечто вроде золотого запаса. Но некоторые вещи сразу продавал: обменивал на вино и продукты, другие сдавал официантке вагона- ресторана. Деньги тратил на себя. Купил второй магнитофон, «олимпийку», ботинки, пиджак.

После ареста Евсеев пытался «косить» под дурачка. В показаниях он писал: «Когда я вышел из психбольницы, где находился на лечении в 1972 году, в голове не было ни одной мысли от медпрепаратов. Очень мучительное состояние. Людей я считал первыми врагами. У меня было чувство мести, злости, которое проходило после совершения преступления».

Также поначалу на допросах Евсеев вёл себя нагло и вызывающе. Требовал селёдку. У него была патологическая страсть к селедке. Он сжирал рыбу вместе с костями — только отрывал голову.

В итоге он сознался во всех 32 ограблениях, 18 покушениях и 9 убийствах. В содеянном не раскаялся. Судебно-медицинской экспертизой был признан полностью вменяемым, и в 1979 году суд вынес ему заслуженный расстрельный приговор.

Поддержите проект любой суммой:

Новое на сайте:

Комментарии

  1. Загрузка комментариев

Оставить комментарий